Эксклюзив
Аванесов Вадим Сергеевич
24 июня 2013
12102

Вадим Аванесов: Педагогические измерения качества работы вузов

Все дела удаются, если они подготовлены, и не удаются,

 если они не подготовлены.

Конфуций

 

Без теории нам смерть, смерть, смерть.

И. Сталин

 

Когда игнорируются проблемы измерения,

то результаты бывают далёкими от ожидаемых.

Маранелл

Аннотация

В сфере образования сокращение числа вузов стало центральной темой прошедшего учебного года. Основой послужили результаты т.н. "мониторинга деятельности государственных вузов с точки зрения эффективности их деятельности", проведённого Министерством образования и науки РФ.

Странное название этого мониторинга, спорные цели, ошибочные методы и необоснованные результаты привели к признанию неэффективными сразу 136 вузов и 450 филиалов. Однако после острой критики и множества аргументированных возражений в списке неэффективных осталось тридцать вузов, 70 были признаны нуждающимися в оптимизации учебной и экономической деятельности (1).

Но и эти результаты из-за некачественной министерской методики продолжают подвергаться сомнению. Для исключения подобных провалов в будущем качество работы вузов предлагается определять не на основе министерского субъективизма, а на основе мирового опыта проведения педагогических измерений и научно обоснованного рейтинга.

Проблемная ситуация

В Советском Союзе было 514 вузов. В них обучалось 2,8 миллиона студентов. Сейчас в России 3,5 тысяч вузов и филиалов, где учится почти 7,9 миллиона студентов. Это заметно превышает обычные нормы количества студентов относительно имеющегося населения. При отсутствии должного экономического развития страны, качества образования и платного контингента студентов из зарубежных стран, нынешнее количество вузов представляется избыточным.

Надо прямо признать, что увеличение числа вузов и их филиалов - дело рук самого министерства. Ведь без его разрешения в России нельзя открыть ни один вуз. На открытие частных вузов разрешения там давались по заведомо странным основаниям, в том числе вузам, не имевшим ни одного метра своей учебной площади. Долгое время там не было, и нет сейчас, действенной образовательной политики; правая рука не знала, что делала левая. Не случайно это министерство признано худшим в Правительстве РФ. А должность министра Д.А. Медведев назвал "расстрельной". Подлинный смысл этой метафоры пояснять не стал.

Кроме проблемы количества вузов, в России есть ещё проблема качества образования. И это главное. Но вместо обсуждения вопросов качества, в министерстве опираются на произвольно толкуемое там понятие неэффективности, без симметричного определения понятия эффективности образования, которое без качества не бывает. Такого рода антинаучная бюрократическая уловка оказалась удобной для манипуляции словесными оценками и некачественными результатами.

Похоже, что там не хотят понимать, что без качества эффективного образования не бывает. Вероятно поэтому в фокусе министерского внимания оказалась понятие «неэффективность», где качество не требуется. Научный мир получил любопытный урок своеобразно российского, чиновного «теоретизирования».

Проблема качества

Считается, что российские вузы и их филиалы неэффективны, расходы большие, а отдача от них - низкая. Но это скорее неправда, чем правда. Расходы на высшее образование в России в разы ниже, чем в зарубежных вузах. И ничего, работают. Но вот ни один российский вуз не входит в рейтинг качества образования ста лучших вузах мира. Долгие годы виновными считали не вузы, а иностранные рейтинги.

В министерстве много говорят о неэффективности, но совсем мало - о потере, в целом, качества массового образования. Между тем, неэффективность есть прямое следствие некачественного образования. Одно тянет за собой другое. Пытаться рассматривать вопросы эффективности или неэффективности вузов в отрыве от вопросов повышения качества образования, как это было сделано в министерском мониторинге – это, честно говоря, нонсенс. Правильное название проблемы должно было быть иным - повышение качества высшего образования. Похоже, что этой действительной проблемой там по-настоящему заниматься не хотят или не могут.

По словам замминистра образования и науки РФ Александра Климова, сейчас в работе находится около 120 поручений Президента и правительства, связанных с реформами высшего образования. Надо ли иметь большее доказательство тому, что это министерство со своими главными обязанностями не справляется? Там считают, что «предстоит прописать пути достижения основных целей, стоящих перед вузами». В частности, одну из самых амбициозных задач, которую обозначил в своём указе Президент, - к 2020 году пять российских вузов должны попасть в первую сотню лучших университетов мира, согласно признанным международным рейтингам (2).

Полезно напомнить, что В.В. Путин ставит вопрос не о мониторинге, а о рейтинге качества вузов. Это разные методы: один не заменяет другого. Планируется, что будет проведён конкурс среди вузов, которые потенциально могут достичь этой цели, и не исключено, что им для этого выделят дополнительные деньги из бюджета (3).

Хотя финансирование важно, оно не решает все проблемы качества образования. Нужно знать современные методы обучения и педагогических измерений, иметь подготовленную профессуру, избавиться от непомерного чиновного снобизма, который сейчас отравляет жизнь многим работникам сферы высшего и среднего образования.

Рейтинг стран, в которых лучше всего построена система образования, возглавила Финляндия, за ней следует Южная Корея, а на третьей ступени пьедестала расположился Гонконг. Четвёртое и пятое место заняли Япония и Сингапур. В первую десятку стран также попали Великобритания, Нидерланды, Новая Зеландия, Швейцария и Канада; они заняли места с шестого по десятое. Немного хуже система образования в США, Германии и Франции. Россия на 20-ом месте замыкает список (4).

Основные факторы деградации российского образования

Среди предполагаемых факторов, влияющих на плохое состояние дел в России, в числе первых, можно назвать недостаточное финансирование. Как писал недавно скончавшийся академик Евгений Примаков, в расчете на душу населения США в 2010 году тратили на образование 3,6 тыс. долл., Япония - 1,5 тыс., Бразилия - 550 долл., у нас - 400 долл. Государственные и частные расходы США на науку в расчете на одного исследователя составляли 293 тыс. долл., в Японии - 264 тыс., Китае - 74 тыс., в России - 39 тыс. При этом научных работников в США в три с половиной раза больше, чем в России (5).

Нехваткой финансирования из разных источников в России уже созданы и «эффективно» функционируют экономические условия деградации массового образования и науки.

Финансирование высшей школы в предыдущие два десятилетия можно было назвать удушающим. Вследствие этого, а также из-за отсутствия перспектив научного роста, из России уехали тысячи преподавателей и учёных. Что является невосполнимой потерей научно-педагогического потенциала страны.

Другой фактор - система управления вузами. В России она построена на идее полного подчинения вузов Министерству образования и науки. В США, например, другая картина: ни один гражданский вуз, кроме военных академий и академий спецслужб, не находится в подчинении министерства образования (6). Нарушение принципа автономии вузов там наказуемо в судебном порядке. У нас вузовская автономия существует в имитационном варианте, что сильно мешает проведению подлинных образовательных реформ.

Тем самым в России, в дополнение к экономическим условиям, созданы ещё и организационно-политические условия деградации вузовского образования.

На вопросы: - где больше учится иностранных студентов, больше доходов от образовательной деятельности, где больше Нобелевских лауреатов среди вузовской профессуры и где больше вузов, входящих в международные рейтинги качества образования, ответ известен – где-то там, за пределами России. Можно определёно утверждать о закономерности: качество образования обратно пропорционально уровню вертикализации власти: чем больше подчинения сферы образования правительству, тем худшим в стране становится качество образования. Подлинная, а не фальшивая автономия - проверенное веками средство избавления вузов от непросвещённого давления на них.

Далее можно говорить об упадке качественной методической работы во многих образовательных учреждениях, затем о непонятных большинству школьников и студентов учебниках (7). К этому можно ещё добавить слабую востребованность педагогическим корпусом новых образовательных технологий и новых педагогических идей. Приглушено, на корню, и движение педагогов-новаторов. А без них качественного образования вообще не бывает.

Тем самым в России созданы ещё и методические условия для деградации образования.

Актуальность проблемы качества образования

Актуальность проблемы исследования вытекает из возрастающего внимания общества к вопросам улучшения качества образовательного процесса. Но для повышения качества образования нужна теория, нужны учёные, современная учебная техника и новые образовательные технологии. В России не обнаруживает себя понимание того, что в вопросах улучшения качества образования власть без опоры на учёных бессильна, и будет оставаться таковой, пока не станет опираться на имеющийся научный потенциал страны.

Нет убедительных показателей и критериев, позволяющих однозначно оценить качество работы каждого вуза. Как показал опыт общероссийского мониторинга, проведённого Министерством образования и науки РФ, в этих вопросах оказалось много субъективизма и самонадеянности. В состоянии слабой разработанности находится понятийный аппарат проблемы. В литературе нет общепринятых определений ведущих понятий, а те, что есть, оказываются очень спорными и смещёнными вширь, вплоть до своей противоположности. Не случайно вместо поиска путей повышения эффективности образования там стали искать т.н. «неэффективные» вузы (8).

В научных исследованиях понятие эффективность принято рассматривать как интегральное, включающее в себя множество аспектов. Например, финансовая, образовательная, социальная, организационная и иная эффективность. В эмпирических исследованиях каждая составляющая отражается своим набором показателей. Конечно, в министерском мониторинге ничего подобного не было. Парадоксально, что в обычном понимании мониторинг является научным методом, мониторинг министерства образования и науки был определённо не научным. И это говорит о многом. Например, что формы и методы управления в этом министерстве не соответствую сфере и предмету управления.

Неэффективность образования естественно рассматривать как понятие, включающее в себя термины, смыслы и показатели, противоположные содержанию понятия "эффективности". И, наконец, почти нет опубликованных в открытой печати достоверных данных о состоянии учебного процесса в каждом вузе, об отношении студентов к своему вузу, о качестве и эффективности результатов обучения, о рейтинге студентов, преподавателей и кафедр, о мнениях работодателей о выпускниках. В наше время без такой информации хороших вузов не бывает, и быть не может.

Поскольку в министерском мониторинге понятия вообще не были научно определены, то и признаки неэффективности оказались необоснованными, ни теоретически, ни эмпирическими.

В данной статье делается попытка наметить основные направления исследования качества образовательной деятельности российских вузов. Представляется, что сейчас качеству образования в российских вузов взяться неоткуда. Только деньгами и милицейскими мерами, как это делается в ЕГЭ, эта проблема не решается.

Роль ЕГЭ

И, наконец, надо особо выделить разрушительное влияние на образование т.н. единого государственного экзамена (ЕГЭ), о котором автор этой статьи писал уже много раз (9). Похоже, что в Минобрнауки совсем закрыли уши, и слышать критику своего бездарного творения больше не хотят. Такая нездоровая для страны ситуация сложилась ещё и потому, что в России нет эффективных механизмов влияния общества и учёных на управление в сфере образования. Нет и реального диалога между обществом и властью. Соответственно, уже много лет не видно позитива. Из Кремля раздаются ежегодные обещания первых лиц государства улучшить этот экзамен, признанный, однако, ими же "эффективным" (10).

Тем временем маховик ЕГЭ продолжает крутиться, остановить его в стране некому. Главные жертвы этого экзамена - учащиеся, родители и образование страны. Дело дошло до наказания детей и мести государства выпускникам школ, посмевшим выставить экзаменационные задания в Интернет. На основании решения многочисленных комиссий их результаты аннулируются (11), самих детей отстраняют от возможности сдавать далее экзамены в этом году. И таковых итогов уже сотни. В Дагестане поставлены под сомнение post factum шестьсот результатов сдачи ЕГЭ по биологии. И это делается вместо того, чтобы создать систему параллельных заданий, которые можно выставлять в Интернет кому угодно и сколько угодно, так как публикация одного варианта ни на что не повлияет (12). Искажение результатов стало массовым (13).

Теория параллельных заданий существует уже более полувека, но российские радетели ЕГЭ, несмотря на неоднократные предложения, знать о ней ничего не хотят. В этом пренебрежительном к науке состоянии их поддерживает Министерство образования и, больно произносить, науки.

Руководитель дирекции по инновациям правительственного аналитического центра Юрий Аммосов сказал, что ситуация с утечками вариантов ЕГЭ до экзамена существенно ухудшилась и приобрела систематический характер. Он также обратил внимание на небольшое количество вариантов ЕГЭ, выделяемых на регион - в случае с экзаменом по истории, к примеру, их всего три. На заседании было высказано предложение увеличить количество вариантов до нескольких тысяч и выложить их в открытый доступ, чтобы сделать утечки бессмысленными (14).

Однако в Рособрнадзоре прислушаться и к этим здравым мыслям тоже не хотят. Их представитель лишь отметила, что подобные меры являются чрезмерно дорогостоящими. По её словам, варианты ЕГЭ - это тщательно подобранные комплекты заданий, и даже на то, чтобы увеличить их количество в два раза, потребуются существенные суммы (15).

Но это неверно. При наличии качественного банка заданий, вся предлагаемая Ю.Аммосовым работа выполняется автоматически, по программе, на основе упоминавшейся теории параллельных вариантов. Это, кстати, очень эффективный способ противодействия коррупции. А если нет такого банка? Тогда чем занимались столько лет? Не видно и научных публикаций по этой проблеме. Не случайно научная некомпетентность при проведении ЕГЭ заменяется полицейщиной (16).

Сообщается, что в 2013 году на максимальный результат- 100 баллов - написали ЕГЭ около 2500 человек. Год назад ЕГЭ по русскому языку на 100 баллов написали 1897 человек (17) Из-за несопоставимости и отсутствия реальных данных в открытой печати данных нельзя говорить об улучшении знаний по русскому языку. Это, скорее, результат расширяющейся продажи правильных ответов в Интернет (18).

Можно определённо полагать, что правая часть шкалы плохо дифференцирует хорошо подготовленных испытуемых. И уже совсем плохо дифференцирует экзаменуемых левая часть шкалы оценок ЕГЭ. Например, чтобы сдать госэкзамен по физике, в 2013 году надо набрать не меньше 36 баллов, по всем иностранным языкам - 20 баллов. Инфляция баллов ЕГЭ очевидна. И об этом писалось неоднократно (19).

В левой части из-за несовершенства формы заданий там оказывается много случайно угадываемых ответов. А потому оказывается, например, что 35 баллов по физике - а это треть баллов всей шкалы - не имеют никакого значения для поступления в вуз. Как работает середина шкалы, известно лишь тем, кто засекречивает истинные данные этого экзамена от научной критики. Это делается с согласия Правительства и Госдумы РФ. Можно сказать, что в вопросах ЕГЭ во власти восторжествовал какой-то самоедский абсурд!

Вообще надо заметить, что сокращения одних вузов может быть обоснованным и этичным только в соперничестве с опубликованными результатами по качеству работы других вузов. И делается это не на основе сомнительного министерского мониторинга, а на основе общественно признанного рейтинга. Вузы, занимающие в рейтинге последние места, теряют привлекательность и общественную поддержку, а потому они обычно самоликвидируются.

В России, однако, это не происходит. Сильно мешает непотизм, во всех его вариантах - от землячества до кумовства и иных родственных связей, и уже далее - по политическим и личностным предпочтениям. Но это отдельная проблема.

Условия качественного мониторинга

Решающими условиями качественного мониторинга являются открытость его результатов, периодичность оценивания, своевременная коррекция учебной деятельности, организация образовательного процесса как совместной и целенаправленной деятельности студентов и педагогов по развитию личности, по приобретению подготовки, необходимой при становлении собственной траектории социального и профессионального развития каждого гражданина.

В настоящем мониторинге обязательно использование экспертно обоснованных показателей и научно обоснованного рейтинга вузов. В конце исследования должен публиковаться научный отчёт. Ничего из перечисленного в министерском варианте мониторинга не было. В какой стране можно ещё увидеть такое?

Использование некачественных показателей и критериев

Показатели и критерии использованы, как утверждается в прессе, в соответствии с рекомендациями Ассоциации общефедеральных университетов, национальных исследовательских университетов, Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова и Санкт-Петербургского государственного университета, федеральных университетов, национальных исследовательских университетов, Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова и Санкт-Петербургского государственного университета (20).

Трудно поверить, что в перечисленных вузах вообще видели эти показатели, настолько они ущербны. Не случайно, что никто из названных вузов не подтвердил своё участие в этом министерском шоу. Нет никакого объяснения или обоснования - почему приняты именно эти показатели и пороговые значения (критерии). А потому возникает мысль о волевом подходе министерства к решению вопросов сокращения числа государственных вузов и филиалов. Есть ещё одно предположение: выбрали тот вариант результатов, который отвечал латентному замыслу министерского мониторинга – сокращение, одним махом, большого числа неугодных вузов. Но для подтверждения или опровержения такого предположения нужна статистическая обработка исходных данных министерского мониторинга. Однако такого рода публикаций в России не было никогда.

Определение мониторинга и его целей

В системе образования мониторингом называется процесс периодического педагогического отслеживания хода образовательного процесса, с использованием информативных показателей и современных образовательных технологий. Отсюда становится понятным, что мониторинг - это метод научной педагогики, а своими действиями министерство образования и науки элементарно подменяет научные учреждения.

Цель мониторинга - получение информации о ходе образовательного процесса, повышение эффективности и качества этого процесса. Почти все согласны с тем, что многие вузы и филиалы дают образование, не отвечающее современным запросам личности, общества и государства. Преодоление такого состояния считается главной целью сокращения числа вузов и филиалов. Но эта цель не похожа на образовательную. Она не улучшает качество образования во всех остающихся вузах. Нужны педагогические меры и новые методы обучения, но министерство образования и науки РФ этой работой по-настоящему не занимается уже давно.

Определение эффективности и неэффективности вуза

В социально-значимых исследованиях важно определить содержание понятий - "эффективность и неэффективность вуза". В обычном, упрощённом смысле, под эффективностью понимается отношение полученного результата к затратам. Чем выше такое отношение, тем выше эффективность деятельности.

В педагогических, психологических и социологических измерениях при исследованиях биполярных явлений принято строить и биполярную шкалу (21). Это могла бы быть шкала уровня эффективности/неэффективности вузов, с нулевым значением в середине шкалы. В проведённом мониторинге такой шкалы тоже не было.

Эффективность российского образования

Как бы это ни прозвучало парадоксально, при экономическом истолковании понятия "эффективность" российское высшее образование можно оценить как эффективное и неэффективное, одновременно.

Если оценивать большинство вузов и филиалов по чисто финансовым критериям, то они, против ожидания, оказываются эффективными. Хотя бы потому, что смогли выжить даже в длительный период удушающего государственного недофинансирования высшей школы. Они продолжают выживать и сейчас, без должной поддержки государства. Но в отмеченных выше экономических, политических и методических условиях, качество образования в большинстве из них нуждается в радикальном улучшении.

В наше время содержание и темпы изменения знаний быстро меняются, что делает труд преподавателей более сложным и напряженным, из года в год. А значит, требуется и более высокая его оплата. Но в России высшее образования финансируется не в полном объёме, и это при достаточно скромных запросах. Зарплата профессора государственного вуза ниже средней зарплаты по стране (22).

Вместе со снижением зарплаты увеличивались педагогические нагрузки. Сегодня вузовский преподаватель вынужден работать в аудиториях в 3-4 раза больше зарубежного коллеги и в 1,5-2 раза больше, чем в 80-90-е гг.; уровень же его зарплаты в 10-30 раз меньше, чем у первых, и в несколько раз меньше, чем 15 лет назад. Преподаватели вынуждены теперь работать одновременно в нескольких вузах (23).

Такая зарплата снизила, и продолжает снижать, педагогическую мотивацию к высокоэффективному труду. Не случайно сверхэксплуатация преподавателей рассматривается как центральная проблема российской высшей школы" (24). При меньших расходах на образование, в России, по сравнению с расходами на образование в наиболее развитых странах, тем не менее, готовятся специалисты, отвечающие требованиям российских государственных образовательных стандартов. Особенно высока эффективность такого рода в филиалах. Расходы там минимальны, доходы максимальны.

Интерпретация результатов

Интерпретация результатов - самая сложная часть научного исследования. Она должна быть адекватной цели исследования, непротиворечивой, основанной на реальных результатах, быть конструктивной. После публикации "оценок вузов по признакам неэффективности" министр образования и науки РФ Дм. Ливанов пояснил, что "вузы, попавшие в список неэффективных, скорее всего, не будут закрыты. А вот с некачественными филиалами церемониться не будут. Это можно понимать так, что многим филиалам была послана чёрная метка, и им обещана близкая смерть. Социальные, экономические, политические и психологические последствия такого рода бесцеремонного решения судеб порядка миллиона граждан страны в учёт, похоже, не принимаются.

Некачественность показателей и субъективность критериев неэффективности

1) Организаторы министерского мониторинга полагают, что баллы ЕГЭ связаны с эффективностью вуза. Чем выше баллы ЕГЭ, тем вуз считается эффективнее. На самом деле это показатель престижности вуза, либо специальности. В престижных вузах балл поступающих по ЕГЭ выше.

Из этого суждения делается противоположное утверждение: чем ниже баллы ЕГЭ, тем неэффективнее вуз. Но и это ошибочно. Да и реальных доказательств нет. Нет опубликованных данных о распределении баллов по ЕГЭ - а это сейчас превратилось в государственный секрет.

При отсутствии эмпирических фактов можно мыслить в противоположном направлении. Если вуз принимает абитуриентов с невысоким баллом ЕГЭ, а затем выпускает специалистов в соответствии с требованиями государственных образовательных стандартов, то такие вузы надо не наказывать, а наоборот, поощрять.

2) Второй показатель министерского "мониторинга" - объем НИОКР (научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ), в расчете на одного педагога - хорош для НИИ, но очень спорный для вуза.

Представим две крайности: вуз с нулевым значением НИОКР и с очень высоким. Можно предположить, что в первом случае преподаватели проводят учебные занятия, не занимаясь научной работой. Во втором случае - всё наоборот; в вузах игнорируется учебно-методическая работа, но усиливается внимание к заработкам по НИОКР. По воле чиновников, таких вузов сейчас становится всё больше, и качество образования в условиях коммерциализации образования в них заметно деградирует. Давно известно: каковы показатели, такова и работа.

В идеале преподаватели должны много заниматься и научной, и методической работой. Но если в вузе хорошо занимаются методической работой, то это снижает отдачу от НИОКР. Значит, этот показатель неоднозначный. В реальности этот показатель положительно работает на крупные вузы, где есть научные подразделения, и отрицательно влияет на небольшие вузы, где таких подразделений нет. Мы и в этом случае имеем дело с непригодным показателем, свидетельствующим о невалидных (непригодных) результатах мониторинга.

3) Количество окончивших вуз иностранных студентов (не считая стран СНГ). Это счётный показатель, действующий опять же, с разной направленностью. Положительно - для крупных столичных вузов и отрицательно - для небольших региональных вузов. Интересно было бы узнать – почему студенты из стран СНГ не идут в министерский счёт?

4) Доходы учебного заведения в расчете на одного преподавателя. И этот показатель имеет дефекты, сходные с показателями НИОКР на одного работника. Оба они имеют коммерческий уклон.

5) Общая площадь принадлежащих вузу или находящихся "в оперативном управлении" вуза помещении. Эта площадь, приведённая к числу студентов, равна 11м2. Это тоже неоднозначный показатель. Если меньше указанного метража - то это показатель недостаточной обеспеченности вуза, а если больше - то показатель неэффективного использования учебных площадей. Вообще все министерские показатели оказались научно не обоснованными, а сделанные по ним выводы о "признаках неэффективности" вузов и филиалов - ошибочными.

Много раз был прав зарубежный учёный-методолог G.M. Maranell, который утверждал: когда игнорируются проблемы измерения, то результаты бывают далёкими от ожидаемых (25).

Относительно неэффективности, российского вузовского образования была высказана и иная точка зрения (26). Если иметь в виду чисто финансовые затраты на содержание вузов и филиалов, то российское образование выглядит вполне эффективно. Но оно, за отдельными исключениями, некачественно.

Аналогия

В старом фильме "Гибель Титаника" капитан корабля упрямо отвергал все предложения своих помощников и специалистов о необходимости корректировки курса и скорости движения судна в районе плавания, где встречаются айсберги. Он был одержим идеей установления рекорда времени трансатлантического перехода судна, а потому слушать никого не хотел. Итог проявленного упрямства известен.

Минобнауки РФ тоже уже много лет не слышит критику в свой адрес. Это хорошо видно, например, по отношению к всенародной критике метрического и социально ошибочного ЕГЭ. Похоже, что такая глухота стала хронической болезнью системы управления образованием. Эдвард Деминг был прав. Причины низкой эффективности и плохого качества чаще всего заложены в существующей системе, а не в работниках. А потому надо менять систему, а не отдельных чиновников.

Позитивный опыт

В других странах недостаточное качество образования преодолевается не закрытием учреждений, а углубленным методическим обеспечением образовательного процесса. Раньше из столичных вузов комплектовались бригады профессоров, которые выезжали в местные вузы с целью оказания им методической помощи. Например, правительство Республики Казахстан сейчас использует государственную программу приглашения из стран с развитым образованием так называемых визитинг-профессоров, которые внедряют в вузах новые методы обучения студентов и повышения педагогической квалификации преподавателей.

Иногда используется и добровольное слияние вузов. Есть позитивный международный опыт добровольного укрупнения многих вузов США и опыт Национального университета Сингапура (National University of Singapore), образовавшегося в 1980 году, в результате слияния университета Сингапура и Наньянга. Он уже успел обрести блестящую репутацию в мире. По данным последнего рейтинга газеты "Таймс", этот университет попал в первую двадцатку из двухсот лучших университетов мира (27).

В Германии позитивно проявила себя инициатива объединения 15 вузов. Но там она исходила от самих вузов, на добровольной основе, с чётко прописанными и осязаемыми позитивными последствиями для каждого участника объединения. У нас же процесс слияния вузов не регламентирован каким-либо значимым документом. В таких условиях ожидаемые результаты могут быть как позитивные, так и негативные.

Нужна новая образовательная система

Сейчас главной и давно назревшей задачей в сфере образования является реформирование Министерства образования и науки РФ. Его не случайно считают худшим министерством в составе нынешнего Правительства РФ. Но прежде надо будет существенно ограничить количество выполняемых этим министерством функций. Особенно таких, которые за рубежом возлагаются на общественно-профессиональные органы.

Примеры таких функций - это профессиональная экспертиза качества диссертаций в ВАКе, проведение научных исследований качества образование, мониторинг учебного процесса, разработка показателей качества работы вузов, общественно-профессиональная аккредитация и аттестация вузов, разработка уровневых образовательных стандартов и многое другое, где участие чиновников должно ограничиваться лишь координацией работы специалистов. Не более того. Снижение давления со стороны министерства на систему высшего образования позволит освободить вузы от излишней чиновной опеки, от выдачи госдипломов и от связанных с этим госаттестации и госаккредитации. Пора не на словах, а на деле восстановить автономию всех вузов России, без которой не бывает высокого качества учебной работы.

Ещё одно важное условие - создание равноправного взаимодействия различных сторон-участников образовательного процесса. Мировой опыт убеждает в этом, что сфера образования не может нормально функционировать без эффективного взаимодействия таких сторон: 

1)студентов и студенческих объединений;

2)родителей и их объединений:

3)администрации вузов, имеющей чётко прописанные права и обязанности;

4)профессорско-преподавательского состава, имеющего право на выбор лучших методик и учебных пособий, способного создавать новые учебные материалы и формы организации самостоятельной работы студентов;

5)Создателей новой образовательной и программно-инструментальной среды обучения. Это должны быть педагоги, получившие опыт создания новых квантованных учебных текстов, а также тысяч заданий в тестовой форме, по каждому изучаемому курсу. Эти педагоги должны иметь возможности для такого рода творческой работы. Существующие министерские нормы и порядки такие возможности не создают. Нынешняя организация российских вузов не видит потребностей в такой модернизации;

6) Работодателей, роль которых иногда преувеличивают, а иногда - преуменьшают.

7)органов государственного управления сферой образования, роль которых сейчас неестественно гипертрофирована.

Пока в России доминирует только одна сторона из перечисленных выше: это государство. Не случайно при проведении ЕГЭ, при разработке система объективной оценки знаний, слиянии вузов, при закрытии государственных и негосударственных вузов мы повсеместно наталкиваемся на подавляющую роль госчиновников. При этом граждан последние не слышат.

Выводы

1. Качество образования должно стать главным критерием оценки работы любого вуза. Без учёта качества образования все суждения об эффективности/неэффективности становятся односторонними и ошибочными. Для измерения качества образования в стране необходимо использовать педагогические измерения. Но этого в России нет. Вместо таких измерений здесь используется по воле чиновников некачественный ЕГЭ. А это прямой путь к расширению коррупции и полицейщины в системе образования. Что мы в реальности и наблюдаем.

2. Проблема повышения качества работы вузов и филиалов существует, но решается она посредством разработки теории и научно-педагогических методов, широким применением методов педагогических измерений и регулярным проведением независимого рейтинга вузов по качеству образования.

3. Российские вузы и филиалы более эффективны, чем управляющий ими орган - Министерство образования и науки РФ. Очередная смена кадров этого министерства вряд ли изменит что-либо в лучшую сторону. Менять надо всю систему управления образованием: от неэффективной системы государственного управления давно надо было переходить к общественно-профессиональной системе развития образования и науки (28).

Литература:

1. Минобрнауки сократило "черный" список неэффективных вузов. http://argumenti.ru/education/2013/04/248899 23 апреля 2013, 08:14 http://www.stoletie.ru/lenta/neeffektivnyh_vuzov_stalo_menshe_403.htm

2. Муравьёва Марина. Минобрнауки реструктурирует десятую часть подведомственных вузов http://www.strf.ru/material.aspx?CatalogId=221&d_no=47352

3. Там же

4. В России учат хуже, чем в Гонконге. Экспресс (Казахстан) N222 (17580), среда, 28 ноября 2012 г.

5. Евгений Примаков. Россия-2012: вызовы и проблемы. О путях развития в беспокойном мире. http://www.ng.ru/ideas/2013-01-16/6_rus2012.html

6. В одной из предыдущих статей автора приводилась такая цитата: There are no federally-run colleges or universities in the United States other than the United States military academies and military staff colleges. http://en.wikipedia.org/wiki/List_of_American_state_universities

7. Варвара Петренко. Учебники в России все хуже и хуже. http://www.gazeta.ru/education/2006/09/20_a_837211.shtml 

8. Аванесов В.С. Неэффективность российских вузов: реальная и мнимая. http://viperson.ru/wind.php?ID=657524&soch=1

9. Аванесов В.С. http://viperson.ru/wind.php?ID=425098

10. Аванесов В.С. Спорное решение Кремлёвской комиссии по ЕГЭ. http://viperson.ru/wind.php?ID=425098

11. http://www.stoletie.ru/lenta/shkolniki_sdajut_russkij_559.htm

12. Аванесов В.С. Композиция тестовых заданий. Учебная книга. 3-е изд., доп. М.: Центр тестирования, 2002г. 240 с., - с.212.

13. Рыбина Юлия, Александр Черных. В Дагестане не нашли биологического разнообразия: треть работ по ЕГЭ аннулирована. Коммерсант, 21 июня, 2013г. N 106.

14. http://www.stoletie.ru/lenta/shkolniki_sdajut_jege_451.htm

15. Там же.

16. Аванесов В.С. Рецензия на отчёт Общественной Палаты. http://viperson.ru/wind.php?ID=425098

17. http://news.mail.ru/society/13407939/?frommail=1

18. См. статью Михаила Богданова  И снова ЕГЭ | Информационно-аналитический портал...nasledie.ru›?q=node/2129

19. Аванесов В.С. Инфляция баллов. http://viperson.ru/wind.php?ID=425098

20. Эффект "неэффективности" / Кто, по каким критериям и зачем выносит приговор вузам? http://news.rambler.ru/16258287/

21. Аванесов В.С. Тесты в социологическом исследовании. М. Наука, 1982. Digitized, Jul 28, 2011, the University of California. 196 pages.

22. Плаксий С.И. Управление качеством учебного процесса в вузе: проблемы и перспективы. С.8. // Изд-во Национального института бизнеса. Материалы межд. научн. конф. 2-3 октября. М.: 2006 г. - 448 с.

23. Жилинкина А.П., Серпуховитина Т.Ю. Управление качеством высшего образования в условиях модернизации профессиональной школы. Белгород, 2009. 2 изд. - 229с.

24. Садовничий В.А. Высшее образование России. Доступность. Качество. Конкурентоспособность. В. Садовничий // Высшее образование в России. - 2006. - N 725.

25. Maranell, G.M. Introduction. Pp. xi-xix.In G.M. Maranell (Ed.) Scaling: A source book for behavioral scientists. Chicago: Aldine. 1974.

26. Аванесов В.С. Неэффективность российских вузов: реальная и мнимая. http://viperson.ru/wind.php?ID=657524&soch=1 
27. http://eduabroad.ru/journal/sg/1

28. Аванесов В.С. http://viperson.ru/wind.php?ID=425098

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован