29 октября 2008
3954

ЕВГЕНИЙ ПРИМАКОВ: `ПУТИН ВЫИГРАЕТ, ЕСЛИ БУДЕТ ОПИРАТЬСЯ НЕ НА ПАРТИЮ, А НА ПРОФЕССИОНАЛОВ`

Интервью лидера думской фракции ОВР Евгения Максимовича Примакова в программе "Герой дня" Светлане Сорокиной.

Сорокина: Мы все, или почти все, принимали участие в выборах Российского президента. И своим голосом, так или иначе, хоть немного, да повлияли на результаты этих выборов. А вот у меня сегодня, мой собеседник - человек, который существенно повлиял на исход выборов, в свое время отказавшись в них участвовать. Итак, я вам представляю бывшего российского премьера, а ныне лидера фракции думской ОВР, Евгения Максимовича Примакова.

Я вас не случайно представила как человека существенно повлиявшего на исход выборов. Вы не жалеете, что не приняли участия в выборах?

Примаков: Абсолютно не жалею.

Сорокина: А все-таки, почему? Вас так напугала президентская думская гонка тогда?

Примаков: Нет, я не из пугливых. Я просто понял, что это, на данном этапе, не для меня. Когда я говорю на данном этапе, не представляйте таким образом, что я верю в какое-то огромное продолжение своей политической карьеры. Просто я понял, что это не для меня сейчас и отошел в сторону.

Сорокина: А как вы считаете, вы повлияли бы на исход выборов? Ведь все равно исход каким-то другим был бы.

Примаков: Нет, я думаю, что Путин прошел бы в любом случае.

Сорокина: Но, возможно, был бы второй тур.

Примаков: Ну а для кого? Ведь некоторые пошли на эту гонку для того, что бы просто участвовать в ней. Это не свойственно мне.

Сорокина: Я знаю, что за вас голосовали бы многие. Вот я, например, если бы вы участвовали, за вас бы проголосовала.

Примаков: Это, конечно, серьезный аргумент в пользу того, чтобы мне идти на выборы. Но, к сожалению, вы поздно мне об этом сказали.

Сорокина: Евгений Максимович, какие выводы вы как опытный политик делаете из результатов этих выборов?

Примаков: Ну, во-первых, это воля, изъявленная народом, здесь совершенно ясно. И надо ее принимать в учет, всем. Я думаю, что в ближайшее время Владимир Владимирович Путин должен показать куда он идет, с кем он и так далее. Потому что, естественно, что многим бы нравилось то, если бы он продолжил какую-то линию, которая была раньше. Другим бы это не нравилось. Он, мне кажется, победил именно потому, что он, с одной стороны, показал, что он органично не связан с тем курсом, который осуществлялся до него. И, в тоже самое время, он не повернулся спиной ни к тем, ни к другим, которые по соображениям протеста приняли участие в голосовании. Он умно поступил. А вот сейчас он должен определиться.

Сорокина: Вообще, интересно мне всегда было, это умно рассчитанная PR-вская компания предвыборная, или это какое-то личное чутье и ориентация в пространстве?

Примаков: Вы знаете, вокруг меня тоже были пиарщики, во время выборов в Государственную Думу. Я не очень уверен в пиарщиках. Мне повезло, меня окружали умные люди. Но есть какое-то чутье, которое больше подсказывает, чем тебе хотят навязать какие-то идеи со стороны, даже опытные люди, даже умные и так далее.

Сорокина: Вот некоторые политики, эксперты, считают, что итоги этого голосования ускорят формирования, собственно, двухпартийной системы в России. Имеется в виду, наверное, Коммунистическая партия, коль скоро она продолжает доказывать свою жизнеспособность, и, видимо, "Единство", как партия власти, новая. Как вы считаете, может быть уже произошло: двухпартийная система?

Примаков: Да нет. Это формально она существует, эта система, если можно ее считать системой. Только тогда, когда они договариваются. Когда Компартия договаривается с "Единством", мы это наблюдали в Государственной Думе.

Сорокина: Ну, так это уже реальность.

Примаков: Но это не партия. Коммунистическая партия - это партия, которая имеет и организационную структуру, достаточно сильную. Но, в то же самое время, я считаю, что у коммунистической партии нет сейчас адекватной идеологии, адекватной сегодняшнему дню.

Сорокина: Но треть населения поддерживает.

Примаков: Ну, треть населения может поддерживать не только из соображений того, что они поддерживают коммунистов. Они просто не поддерживают то, что делается в стране. Мне кажется, что большинство ректората компартии такое. А что касается "Единства", то какая это партия?!

Сорокина: В мае оформится как партия.

Примаков: Ну, оформится. У нас многие могут заявить о том, что они партия. А потом надо посмотреть, что из этого выйдет. Потому что в "Единстве" много уважаемых мною людей, а много и людей совершенно не объединенных какой-то идеей. А как из этих людей можно сделать партию, на какой основе.

Сорокина: Может, на основе нового президента?

Примаков: Не думаю. Его ведь поддерживать будет не только "Единство". Его поддерживать, в каком-то плане, будут и коммунисты и другие, и "Отечество - вся Россия".

Сорокина: Евгений Максимович, тогда я по-другому спрошу. А как вы считаете, это было бы продуктивно, полезно для, например, нового президента, опереться на политическую партию?

Примаков: Видите ли, мне кажется, что выиграет Владимир Владимирович, если он будет опираться не на партию какую-то, а на профессиональных людей, на тех, которые хотят солидарности, стабилизировать обстановку в обществе. А не будет опираться на какую-то партию, которая будет воевать против другой партии, или строить какие-то козни против третьей партии.

Сорокина: На сколько возможно создание коалиционного правительства? Судя по высказываниям Путина, трудно ожидать коалиционного правительства. А вы человек опытный в этом отношении. Вы в свое время такое правительство создавали. Как вы считаете, сегодня необходимо коалиционное правительство или можно обойтись без него?

Примаков: Вы знаете, я бы сразу поставил вопрос таким образом. Правительство, которое отражает в определенном плане соотношения политических сил в Думе - да, такое правительство нужно. Правительство, которое создано с главным критерием - профессионализм для министров и руководителей ведомств - да, такое правительство нужно. Если бы меня спросили, что главное: принадлежность к партии или профессионализм? Я бы сказал - профессионализм. Но не стоит списывать и принадлежность к той или иной партии. Однако, когда люди приходят в правительство, они должны работать по общим законам данного правительства. Они должны исходить из правил игры, которое устанавливается в правительстве, в кабинете, а не получать указания от своих партий. Если вы такое правительство называете коалиционным, я считаю, что оно должно иметь место. Если же коалиционное правительство - это правительство, созданное на основе зеркального отражения соотношения голосов в Думе, то это 140 голосов, приблизительно, в компартии. Это, грубо говоря, одна треть, 450 человек в Думе. Ну и что? Значит правительство должно на одну треть состоять из коммунистов в обязательном порядке?!

Сорокина: Но, ведь они могут настаивать на такой постановке вопроса?

Примаков: Нет, я не думаю. А если взять "Единство", например, то у них просто не хватит профессионалов.

Сорокина: Может, мы их просто не знаем еще?

Примаков: Ну, давайте подождем, посмотрим.

Сорокина: Как вы считаете, когда будет утверждение кандидатуры нового премьера, могут возникнуть трения между президентом и Думой?

Примаков: В зависимости от того, кто будет предложен премьером. Я не думаю, что пройдет любая кандидатура. Хотя, соотношение сил в Думе сейчас отличается от того, что было во второй Думе. Но, все равно, надо думать о том: фигура приемлемая для общества или нет.

Сорокина: То, о чем сейчас все время говорится, что вы можете быть снова востребованы высшей государственной властью. Что вы можете по этому поводу сказать?

Примаков: Я уже сказал, что если бы вы мне раньше сказали, я бы баллотировался в президенты.

Сорокина: Но не в моей воле предложить вам сейчас пост, например, в правительстве. А если такое будет предложено?

Примаков: Правительство меня уже не интересует. Не потому, что я занимаюсь таким верхоглядством или говорю, что я такой гордый и так далее. Нет, просто это не интересует меня.

Сорокина: То есть, вы вряд ли допускаете появление таких предложений?

Примаков: Я хочу сказать, Светлана Иннокентьевна, сейчас бытуют какие-то точки зрения, распространяются слухи, что мне какие-то делают предложения. Абсолютно не соответствует действительности. Я с Владимиром Владимировичем Путиным встречался действительно, это было недели три назад, тогда, когда он собирал руководителей фракций. После этого я остался для разговора с ним. Разговор был интересный, продолжительный, но даже во время этого разговора мне ничего предложено не было. А после этого я вообще с ним не виделся.

Сорокина: А если вам поступят предложения?

Примаков: Знаете, я себя предлагать не намерен. Поэтому, отвечая на ваш вопрос, я волей неволей себя предлагаю куда-то.

Сорокина: Евгений Максимович, но все же, вы не исключаете для себя вариант возвращения на государственную службу?

Примаков: Если я буду полезен, я могу где-то работать, если меня удовлетворит эта работа и если я посчитаю, что это для меня приемлемо. Но главный здесь индикатор - это полезность.

Сорокина: Сегодня заместитель руководителя президентской администрации, Медведев, говоря о формировании правительства, сказал: "Путин очень прагматичен, экстравагантных шагов ждать не приходится". Вы разделяете эту точку зрения?

Примаков: Смотря что называть экстравагантным шагом. В свое время назначение совершенно неизвестного какой-то фигурой на пост министра, никто не расценивал это как экстравагантность.

Сорокина: Ну почему, назначение самого Владимира Владимировича Путина премьером, в свое время, было довольно экстравагантным.

Примаков: Если считать это экстравагантным, то такие шаги могут быть. Он был назначен премьером, проработав в правительстве на определенной должности. Много зависит от того, как будет вообще структурирована власть. Потому что правительство должно заниматься, по идее, главным образом, экономическими вопросами. Но, должен быть какой-то центр, который вообще отрабатывает стратегию и тактику, дает варианты решений и так далее. Мне кажется, что это Совет Безопасности, не администрация. Я вообще антиадминистративно настроен.

Сорокина: Администрацию президента вы имеете в виду?

Примаков: Да.

Сорокина: То есть, должен быть, по-вашему, некий чиновничий аппарат просто при президенте, но никак не центр власти, каковым он сейчас является?

Примаков: Безусловно. Собственно говоря, это мировая практика: есть аппарат Белого дома, есть аппарат Елисейского дворца. Как-то Сунуку, например, который был руководителем аппарата при президенте Буше. Я был с ним в хороших отношениях. И вот, я его спрашивал: а в чем твое влияние проявляется? Он говорил: ты знаешь, проявляется в том, что я могу президенту, в его программу записать встречу с кем-то, могу организовать телефонный разговор, могу просить президента кого-то принять, и учти, что это не мало, но на большее я пойти не могу.

Сорокина: Евгений Максимович, вот возвращаясь к правительству, как вы полагаете, Валентине Ивановне Матвиенко лучше бы оставаться в правительстве на своем социальном посту?

Примаков: Вы затрагиваете очень для меня дорогую тему. Я Валентину Ивановну очень люблю. Я работал с Валентиной Ивановной последние одиннадцать лет, я ее очень хорошо знаю как прекрасного работника. Это было еще в Верховном Совете СССР, потом в МИДе. В МИДе она вообще была одним из лучших послов. Я, как министр, был в Греции, я видел ее на месте, в деле, видел, как к ней относятся. Потом я ее сорвал с этой очень важной работы, попросил ее прийти в правительство, которое мне поручили возглавлять. И она блестяще работала на своем посту, отвечая за социальные вопросы. Она один из лучших работников в правительстве и не случайно она оставалась при всех моих приемниках.

Сорокина: А как вы относитесь к ее намерению участвовать в губернаторских выборах в Петербурге?

Примаков: Мне трудно что-то говорить по этому поводу. Раз она решила, значит у нее есть какие-то соображения на этот счет. Но, я хочу сказать. Что если она будет губернатором, то это будет настоящий губернатор. Я не хочу ничего говорить и участвовать в каких-то там криминальных разборках, компрометации кого-то и так далее, это не мое амплуа. Но ее я хорошо знаю и о ней могу сказать однозначно. Я слышал, как говорится: она одна из 23 кандидатов, которые подают на выборы губернатора. Это просто смешно. Она первый кандидат, а не один из 23.

Сорокина: Впереди серьезная и тяжелая предвыборная компания

Примаков: Да, для нее тяжелая, потому что будут и против нее работать. Но я очень высоко чту ее как работника и человека.

Сорокина: Сегодня, после встречи с Путиным, утренней, Игорь Иванов, министр иностранных дел, сказал, что возможны некие изменения во внешней политике России. Как вы полагаете, какого рода эти изменения?

Примаков: Трудно сказать, я не знаю. Просто, о чем говорил Игорь Сергеевич. Я с ним периодически встречаюсь, и я у него, естественно, спрошу. Я думаю, что он не мог говорить об изменении в плане изоляционизма, в плане большей изоляции России. Он не мог говорить об изменениях, которые ведут к усилению конфронтационности с кем-то. Он не мог говорить об изменениях, в смысле отказа от диверсификации внешней политики, которая должна работать по всем векторам, по всем направлениям одновременно.

Сорокина: Тогда что же имелось в виду?

Примаков: Надо у него спросить. Я первый раз слышу об этом.

Сорокина: Напоминаю, что разговаривали мы с Евгением Максимовичем Примаковым, лидером думской фракции ОВР, в недавнем прошлом премьером Российского правительства. Говорили мы об итогах прошедших выборов в России. /Национальная электронная библиотека, 27 марта/



http://www.businesspress.ru/newspaper/article_mId_40_aId_19957.html
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован