02 ноября 2004
3566

Антон Данилов-Данильян: `Горизонты укрепления рубля не бесконечны`

Экономическое управление администрации президента наряду с правительством и ЦБ по праву считается одним из идеологов и стратегов государственной экономической политики. О последних инициативах своего подразделения и его позиции по ряду актуальных макроэкономических задач согласился рассказать начальник управления Антон Данилов-Данильян.
Антон Викторович, расскажите, пожалуйста, об инициативе унификации отраслевого технического законодательства.

Все началось с того, что мы анализировали причины слабой инвестиционной активности в различных отраслях. Мы встречались с предпринимателями. И поняли, что, когда мы более или менее завершим все основные реформы в части финансов, налогов, таможни, мы сделаем лишь часть, хотя и важнейшую часть работы, которая необходима для того, чтобы предприниматель в России чувствовал себя комфортно. Мы обнаружили, что огромное количество гражданских инициатив и предпринимательской энергии сдерживается чиновничьим произволом на самых разных уровнях и в самых различных инстанциях. Это происходит и на стадии открытия фирм, и потом - в результате огромного количества разнообразных проверок. Мы стали разбираться, насколько это в русле законодательства и полномочий, которые есть у государственных органов, и насколько - превышение полномочий и собственное `творчество` чиновников.

У нас есть примерно двадцать две тысячи государственных стандартов, во-первых, оставшихся от Советского Союза, во-вторых, созданных в годы реформ уже в РФ. У нас есть тысяча санитарных норм и правил. У нас есть около тысячи СНиПов - строительных норм и правил. У нас есть много сотен отраслевых стандартов. У нас есть различные ТУ, правила, порядки, инструкции и тому подобное. Всего это примерно тридцать тысяч различных документов подзаконного уровня, регулирующих деятельность предприятий путем фактического установления обязательных требований к предпринимательской деятельности. Пока что у нас нет законов, которые явным образом описывали бы полный набор технических требований. И этот недостаток необходимо устранить.

Мы совместно с Минэкономразвития и с Госстандартом разработали проект закона `Об основах технического регулирования в РФ`. В этом законопроекте как раз вводится понятие технического регламента, то есть федерального закона, который исчерпывающим образом описывает обязательные технические требования к основным видам предпринимательской деятельности.

Все остальные требования, не вошедшие в технический регламент, должны стать добровольными. Из ныне существующих стандартов и других документов часть требований войдет в технические регламенты и станет обязательной. Другая часть войдет в стандарты нового типа и будет добровольной.

Насколько я понимаю, выработка и закрепление отраслевых регламентов является продолжением государственной промышленной политики?

В конечном счете да. Хотя это работа не одного дня. Мы надеемся, что в марте упомянутый законопроект будет внесен правительством в Думу. После этого, если все пройдет так, как задумано, в течение семи лет будут разрабатываться отраслевые технические регламенты. За эти семь лет мы должны сформировать итоговую базу ограничений, которые власть накладывает на бизнес. Любой предприниматель, начиная свое дело или желая войти в какую-то новую сферу, или даже просто продолжая дело, которым он уже занимается, будет иметь на столе либо в компьютере (кому как нравится) несколько законов - это отраслевой технический регламент того вида деятельности, которым он занят, Гражданский, Налоговый, Таможенный кодексы, возможно, еще какие-то законы федерального уровня, которые и станут исчерпывающим массивом обязательных требований. Если кто-то из проверяющих захочет еще что-то проверить и это выходит за пределы его компетенции, значит, он должен нести административную или даже уголовную ответственность. Точно так же и предприниматель должен нести ответственность за то, что он не соблюдает требования, заложенные в обязательных технических регламентах.

Идея красивая. Хотя, честно говоря, слабо верится, что деятельность огромной российской бюрократической машины удастся втиснуть в талмуд четко прописанных стандартов и инструкций.

Залог успеха - подключение к процессу выработки технических регламентов и процедур как можно большего числа субъектов: предпринимателей, отраслевых ведомств, независимых экспертов.

Мне кажется, что невозможно установить обязательные требования, не решив заранее, какие автомобили, скажем, или самолеты будет выпускать страна через пять лет. Задумывается ли об этом кто-то в правительстве?

Сначала нужно договориться о том, как понимать промышленную политику. Сейчас мы в качестве базовых критериев для промышленной политики видим следующие. Первое и очень важное - это работа в направлении импортзамещения, особенно в обрабатывающей промышленности. В прошлом году импорт вырос на девятнадцать процентов. Если мы будем двигаться такими темпами, то те завоевания, которые были получены отечественной промышленностью в результате девальвации, быстро исчезнут. И мы снова перейдем от стадии роста к стадии спада, чего крайне не хотелось бы. Самый простой выход - это продолжение линии на аккуратную курсовую политику, которая позволяет сохранять параметры конкурентоспособности нашего отечественного производителя по цене. Второй путь - это движение в сторону улучшения качества нашей собственной продукции и замещения импорта.

Еще один важнейший приоритет - развитие экспортных производств с высокой добавленной стоимостью. И наконец, поиск и поддержка новых технологий, наукоемких производств и инновационных контуров в реальном секторе экономики. Необходимо изучать перспективный спрос на инновационную продукцию и выстраивать специальную политику, направленную на формирование и усиление этого спроса. Это очень тонкая работа, которой занимаются в основном крупные корпорации за рубежом. У нас таких крупных корпораций, мягко говоря, не хватает. Особенно в тех сферах, которые связаны с добывающей промышленностью. Отсюда вывод: пока этих корпораций нет, эту работу должно взять на себя государство.

Но правительство сейчас больше озабочено текущими задачами: бюджетом, инфляцией, курсом, приватизационными конкурсами. Внимательным изучением уровня конкурентоспособности отраслей в правительстве, похоже, никто не занимается.

Я согласен с тем, что государство не должно устраняться от этих задач. Но есть и другой аспект, тоже немаловажный. Сами по себе государственные инвестиции неэффективны. Прошедшие десять лет убедительно доказали это, ведь получатели не несли должной ответственности за эффективное использование государственных средств. Поэтому мы в своих предложениях рассматриваем государственные инвестиции в лучшем случае как дополнительную помощь, когда средств немного не хватает для реализации частных инвестиционных проектов. Риски в основном должны нести предприниматели и банки, которые их кредитуют.

Вот есть большая компания - РАО `ЕЭС России`. Всем известно, что в ближайшие десять лет ей предстоит массовая модернизация энергетического оборудования. Уважаемый глава компании Анатолий Борисович Чубайс открытым текстом говорит: я - менеджер компании и не намерен только из патриотических чувств покупать турбины ЛМЗ, а не турбины `Дженерал Электрик`. И как менеджер он прав - у него есть бизнес-план. Поддержка отечественного энергомашиностроения и стимулирование спроса на его продукцию - государственная задача.

Оставим в покое Чубайса. Если вы поговорите с директором любой ГЭС, он действительно очень озабочен устареванием своего оборудования. Может быть, сейчас он даже этого не осознает, но стратегически он заинтересован войти в альянс с другими электростанциями, где используется однотипное оборудование. Для того чтобы сложить свои капиталы и вложить деньги в отечественное производство этого оборудования. Отраслевые ведомства как раз и должны поддерживать и стимулировать такой интерес частных компаний.

Есть такой принцип: расти может только то, что уже появилось на свет. То, что на свет еще не появилось, расти не может. Если общественное сознание еще не дозрело до азов промышленной политики, то бессмысленно давать какие-либо целеуказания от власти - они неизбежно будут исковерканы. Все равно чиновник, который будет исполнять эти указания, будет делать так, как считает нужным. Просто потому, что он еще сам не созрел. И все это завязано на очень сложные и комплексные проблемы формирования министерств и ведомств - и на кадровые вопросы, и на обеспечение уровня доходов чиновника, и на их менталитет, и на их предысторию - были они кадровыми чиновниками всегда или кто-то из них пришел из бизнеса, а если пришел, то с какими интересами пришел.

Ну кто-то же должен сделать эту работу.

Еще раз подчеркиваю: нельзя слишком сильно торопить события, это должно вызреть. Правильно то, что такого рода подходы формулируются, что о таких подходах узнает все больше и больше людей. Это нужно, это верно. Все должно сформироваться, в том числе и движущая сила, то есть те самые люди, которые будут это делать, это считать. Те самые люди, которые будут заниматься перспективными рынками. Ведь не секрет, что в очень многих регионах у нас даже нет команды, которая умеет составить грамотный бизнес-план по западному стандарту. Не хватает бизнес-консультантов. Не хватает и стратегически мыслящих государственных чиновников.

Значит, до промышленной политики мы не дозрели, а до вступления в ВТО - в самый раз. Но если мы вступим туда `несозревшими`, никакой промышленной политики уже не понадобится - мы окончательно потеряем потенциально конкурентоспособные отрасли. Зачем нам так торопиться вступать туда?

Дело в том, что, если мы не вступим в ВТО, последствия будут гораздо хуже, чем в том случае, если мы будем активно и быстро туда вступать. Хотя негатив, который мы получим, вступив в ВТО, вы правы, во многом имеет место. Но невступление в ВТО будет означать дальнейшее увеличение или по меньшей мере сохранение скепсиса в отношении России, в отношении инвестирования в нашу страну, в отношении торговли с нами.

Я же не говорю совсем не вступать. Можно, как говорится, не отнекиваться, а отдакиваться. Вот Китай пятнадцать лет торговался.

До двухтысячного года в переговорах с ВТО мы, по сути, шли по китайскому пути. Мы сформировали некоторые позиции и не желали с них сходить. И если отступали, то крайне мало. Что мы имели? Мы имели просто чистую потерю времени. Мы ничего не приобрели за эти годы. Это надо очень четко понимать.

Китай тянул пятнадцать лет, потом понял, что тянуть больше невозможно, и сдал огромное количество позиций. Фактически пятнадцать лет прошли напрасно, китайцы крайне мало чего отыграли за эти годы.

Это значит лишь то, что нам надо учесть негативный китайский опыт.

И мы учитываем. Мы стоим на определенных переговорных позициях - там, где это возможно. Где невозможно, мы уже отходим от этих позиций, вынужденно отходим, прекрасно понимая, что да, будут потери. Но если мы не вступим в ВТО, потерь будет еще больше.

Но зачем надо закончить согласование условий вступления непременно в две тысячи третьем году? Почему нас все так торопят - не только президент ВТО Майкл Мур, но и наш уважаемый президент Владимир Путин?

Встречный вопрос: а что мы выиграем от затягивания переговоров? Отвечаю. Мы получим несколько новых стран - членов ВТО, ранее работавших под единой крышей под названием СЭВ, и несколько других новых членов ВТО, активно торгующих с Россией. И они выкатят нам дополнительные требования. Мы ничего не приобретем. Мы должны сейчас пытаться изо всех сил, в том числе используя политический авторитет и переговорщиков, и в первую очередь нашего президента, ускорить этот процесс.

Публичный конкурс на проведение анализа условий присоединения к ВТО, объявленный Минэкономразвития, весьма симптоматичен. Конечно, хорошо, что чиновники не считают себя держателями высшей истины, но, с другой стороны, конкурс ясно свидетельствует о недостаточной проработке вопроса в `мозговом тресте` наших переговорщиков. Зачем же тогда так торопиться со вступлением?

Согласен, вопрос не проработан в той степени, в которой хотелось бы. Беда в том, что у нас рынок формируется, и ситуация на отдельных рынках меняется чрезвычайно быстро. И если сейчас в тех или иных отраслях очень недовольны параметрами вступления в ВТО, то всего лишь через год может выясниться, что опыт, приобретенный за это время участниками этого рынка, оказывается достаточным для того, чтобы спокойно конкурировать с теми же самыми западными производителями аналогичной продукции.

При вступлении в ВТО для России гораздо более важна курсовая политика - финансовые показатели макроэкономики. Ведь девальвационный эффект по-прежнему действует, и он в значительной степени снял озабоченность необходимостью защиты внутреннего рынка. Рынок теперь не таможенными пошлинами защищается, а просто более низкими ценами.

Значит, обменным курсом будем защищаться в ВТО от иностранной конкуренции. Другими словами, через два-три года, а может раньше, понадобится новая девальвация рубля?

Зачем же новая девальвация? Можно просто проводить правильную курсовую политику, девальвируя рубль не одномоментно, а в некотором соответствии, не обязательно тождественном, с уровнем внутренней инфляции. Но это уже вопрос к Центральному банку.

Но пока рубль продолжает укрепляться...

Да, рубль крепнет, но пока еще в относительно безопасной степени. Хотя увеличение импорта на девятнадцать процентов по итогам прошлого года показывает: уже стоит задуматься о том, что горизонты укрепления рубля не бесконечны.


Журнал Эксперт, 18.03.2002http://nvolgatrade.ru/
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован